?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Захар Прилепин. ОБИТЕЛЬ.
pozdnyakoff_69

“Выше законов может быть – любовь,
выше права – милость,
выше справедливости – прощение.
Этого достаточно,
чтобы не опускаться ниже человеческого уровня”.
 Евгений Леонов

В романе, как и должно быть в романах, есть красивые поступки …
Поэт Афанасьев, знакомец Сергея Есенина, придумал плакат: “Соловки рабочим и крестьянам!” и его увидел весь лагерь !!! Торжество духа, цена ему - расстрел автора и зуботычина от начлага руководителю отдела пропаганды. Красиво! Цена – жизнь!
Артем Горяинов, когда приговаривали к расстрелу каждого десятого в строю, поставив две женских шеренги напротив двух мужских, увидел, что его возлюбленная Галина  оказалась каждой десятой, и поменялся в строю местами с Захаром Петровичем Прилепиным и тоже стал каждым   десятым. Вдвойне красиво! Начлага покуражился, да и отменил расстрел. Поступок менее красивым не стал.  Отобрали право красиво уйти.
Владычка Иоанн спас всех от адского холода. Предложил спать штабелями друг на друге, на самых нижних сверху лежали еще трое, менялись местами каждый час. Выжили не все. Владычка Иоанн в нижнем ряду задохнулся. ПОСТУПОК! Задавили. … как-то не красиво получилось.
Несправедливо! Когда владычка Иоанн “задушился” у Артема случился нервный срыв. И он ложкой соскоблил фреску, лик святого со стены Храма. Артема экзальтированные верующие стащили с нар и стали избивать, как не раскаявшегося. Не хватило “лишь одного сильного удара куда-нибудь в темя”. И только один человек вступился за Артема. “Ангел Артема сидел на его нарах, пересыпал наскобленную известку из ладони в ладонь, как дитя в песочнице”.
– Эй! – раздался уверенный голос. – Хватит, эй, русские!.. Что творишь? – это был Хасаев.
Чеченец Хасаев спас русского Артема. Красиво! Но почему чеченцы выступают у Прилепина судьями русских? Хасаев единственный, кто не причастен к удушению владычки Иоанна, Хасаев не спал в штабелях с русскими, которым на всех не хватало одежды, он себе нашел теплую одежду. “В стороне чернел глазами не участвовавший ни в чем Хасаев: как будто тут была звериная свадьба, а сам он оказался другой породы”.
“Хасаев уже вошел в свою силу, кого-то залезшего во второй раз в очередь настолько сильно ударил в грудь, что глупый человек так и просидел у дверей до самого конца раздачи (баланды), зевая, как рыба”. Русскому стаду нужны чеченские пастухи?! На встрече с читателями Захара спросили о чеченцах, какой выход он видит? Прилепин сравнил пассионарных чеченцев, которые перебесились и стали оплотом власти, как когда-то перебесившиеся казачки Стеньки Разина и Емельки Пугачева, стали оплотом и последними защитниками царизма. Перебесились? А где же выход? Хасаев – старшина барака, в роте один брат старшина, а второй всегда поможет, так, вдвоем чеченцы, братья Хасаевы насмерть забили казака Лажечникова. Звери. За что убили казака? За дело? – Нет. За слова. Не красиво!
Артем Горяинов и Хасаев наряд получили на работы, ликвидировать кладбище.  – И так монастырь переделали в скотный двор, по кладбищам пошли теперя, - сказал мужик негромко. Сначала Артем, потом чеченец, а следом Лажечников разделись по пояс. Чеченец твердо произнес: – Нам сказали б ломать свое кладбище – никто не тронул. Умер бы, а не тронул. А вы сломали.
-        Врешь, сука, - сразу скривил взбесившееся лицо побагровевший Лажечников.
-        Сука это говорит, - ответил чеченец почти по слогам.
-        Мы из терских. Когда вас воров, давили -  вы кладбища за собой не утаскивали, оставляли нам своих покойников, чтоб мы потоптали.
-        Вы так можете сначала чужое кладбище потоптать, потом свое.
Можно подумать, что только что чеченец потоптал чужое кладбище сначала, а потом свое не будет?! Поговорили б, да забыли. Так, нет, убили казака! Артем сказал тогда, что чеченцы когда-то были христианами, позже чеченец ответил, что чеченцы никогда не были христианами (читай рабами). Откуда в них это чувство превосходства, от патриархальности? В ларьке пересчитываю сдачу, молодой восточного вида продавец спрашивает:
 - Думаешь, обманываю? И сам отвечает: - Кто верит в Аллаха, тот не обманывает, обманывают те, кто верит в бога.
И это уже в Сибири. По сетям гуляло мнение, что русские не способны к самоорганизации. Русские Новороссии самоорганизовались, провозгласили республики. Все случилось как по написанному, как было описано в другой книжке Прилепина “Санькья”.  Красиво!
На Соловках русские белогвардейцы, каэры организовали два покушения, не удачных. Мезерницкого и Бурцева расстреляли и еще 36 человек. А Эйхманис, начальник лагеря, помиловал Шлабуковского – амнистировал, хотя из оружия, выданного Шлабуковскому,  покушались на жизнь начлага: “выше права - милость”. Красиво!
Поэт Афанасьев подкинул Артему карты – Артем попал в больничку, но простил. “Выше справедливости – прощение”. “Выше законов может быть – любовь”. Галя, сотрудник администрации и любовница Эйхманиса полюбила Артема и организовала побег. Артему добавили срок, а Галю посадили там же на три года. Эйхманис через год вытащил Галю на свободу. И простил, и помиловал.
Красивых поступков не совершают в романе только блатные. У них, по мысли Прилепина, вместо души – фига. Блатные в итоге и зарезали Артема Горяинова. В Великую Отечественную блатные, точнее часть блатных пошла добровольно воевать, потом была “сучья война” воров в законе поддержавших участие блатных в войне с ворами не поддержавшими этого. У блатных на фронте и душа откуда-то взялась и кровь с почвой обнаружились. Но у Прилепина в “Обители” не нашлось слов добрых для блатных. Из осужденных, героев романа только один Крапин в Отечественную навоевал целую гроздь орденов, но он не из блатных, а из ментов. Помните у Виктора Цоя:
Каждому яблоку - место упасть,
Каждому вору - возможность украсть.
Каждой собаке - палку и кость,
Каждому волку - зубы и злость.

В романе владычка Иоанн говорит, что Солнце, словно Бог на небе восходит для всех: и для христиан, и для большевиков. А для блатных, выходит, не осталось солнышка?!

Выше свободы – жизнь! Центральная мысль. Галя и Артем возвращаются в лагерь из побега. Спасают жизнь иностранке Мари и ее другу. Чужеземцев обнаружили на острове, они сожгли свою лодку, чтобы не замерзнуть. В тюрьме, как и на войне, победить нельзя, можно только выжить. Такая мысль звучит у Захара Прилепина. Не у каждого получается. В романе бездонное море некрасивых поступков. Но заканчивается он так: “Человек темен и страшен, но мир человечен и тепел”.

Текст могутный, образы сами живут, цепляют нутро, выворачивают суставы и сухожилия в сердцах, хрустят костями в душах. Непримиримые уживаются, близкие расшибаются друг об дружку, мерзости предостаточно – оттого и красота лучше видится. Не соглашусь с теми, кто говорит, что как червей или как клопов давят любого, кто сохранил в себе хоть каплю человеческого. Всех давят … и блатных, и озверевших чекистов, и просто слабых, и просто сильных.

Все стали как безродные. Артем, заключенный частенько напевает:

Не ко мне ли родна матушка идет?
Ты поди, поди, государыня моя,
Навести при большом горе меня,
Как я маюсь, во чужих людях живу.
Я чужому отцу-матери служу.
Не по плису, не по бархату хожу,
А хожу, хожу по лютому ножу.


Галя, комиссарша могла бы ему подпеть:

Не по морюшку лебедушка плывёт.
Эко горе: ко мне матушка нейдёт!
Ты приди, приди, родимая, ко мне!
Потужи-ка об несчастной обо мне!
И за что это я, девушка, стражду?
С измалетства по чужим людям живу,
Я чужому отцу-матери служу.
Не по плису, не по бархату хожу,
Хожу, девушка, по вострому ножу,
Через силушку на белый свет гляжу.


Все лагерники, все комиссары, вся страна чужому отцу-матери служили. Но Артем был в лагере по настоящему счастлив и люди в той стране бывали красивыми.

  • 1
спасибо сердечное
за таких читателей пуд писателей дают

очень рад за вас, Захар
спасибо вам

что до блатных
то да
видимо, сказалось бешеная убеждённость Шаламова и отразилась против воли

я-то за солнышко и прощение для всех

все так
будете редактировать ОБИТЕЛЬ?

Я заслушалась,очень его полюбила.
Вот летом Обитель слушала, а она о сих пор со мной.

http://kozharik.livejournal.com/930926.html

А еще я слушаю Захара Прилепина "Обитель". Роскошно!
После Бориса Акунина и Наринэ Абгарян, прослушанных чуть раньше, вдруг сразу стало понятно что такое русская литература.
Ну то есть я бы не взялась объяснить словами,чем Прилепин лучше Аунина.
Но это настолько не вторично...Это сразу без отторжения моё и ещё что-то, что прорастает внутрь меня.

согласен, акунин - литератор не первого ряда

  • 1